Часть 18. Фестиваль современной музыки «Бритроника»

15 лет назад Aphex Twin, Autechre, Seefeel, Bruce Gilbert, Paul Oakenfold, Banco De Gaia, The Orb, Ultramarine выступали в Москве под аплодисменты всего лишь 150 человек!

Из архивов времени

«Знаете, что объединяет добрую половину наизанимательнейших историй, нашедших отражение в мировых фольклоре, литературе, публицистике? Их объединяет тривиальное начало. «Жили-были дед и баба…» или «Летят как-то русский, немец и поляк на самолете…» или «Во двор Московского Экономического Института вошел молодой нерусский человек Назар Чагатаев…» ну или вот еще: Когда лето 1994 года перевалило далеко за середину, на столичных рынках уже вовсю торговали подмосковными яблоками, а будущие первоклашки нет-нет да подбегали к зеркалу покрасоваться с новеньким ранцем, Борян вдруг собрал вещи и уехал в санаторий.

— Зачем?- спрашивали его те, кто оставался глотать московскую пыль.

-Да так, — ответил Борян и скрылся в сизой дымке индустриального смога.

1994 год как веха в истории русской рок-культуры выглядит мутновато и невразумительно. Летов и сотоварищи только-только прогремели на всю страну со своими новыми политическими убеждениями, следствием чего стала массовая "переоценка ценностей", со стороны больше напоминавшая панику в свинарнике, куда минуту назад угодил увесистый фугас. В Москве тем временем проходит фестиваль современной музыки "Бритроника", проходит при полупустых залах, явно опережая неспешный ход рассейского времени года эдак на два — на три. Выпускает свое многостраничное детище Александр Кушнир, подводя тем самым итог всей многолетней практики самиздата. В конце-концов, закрывается "Энск".

Крысы бегут с корабля, пассажиров на нем уже давно не осталось, и лишь самые отчаянные и безумные члены команды все еще надеются на что-то, беспокойно мерят шагами палубу или множат морщинки в уголках глаз, тщетно вглядываясь в предельно ясную струну горизонта….

Подробнее…



Менталитет русского человека настолько особенный, и техно не стало для него исключением

«Техно-культура,все ок во многом благодаря культовым рэйвам, вроде «Гагарин party», стала из Питера постепенно переноситься в Москву, где уже в первой трети 90-х открываются клубы “RedZone”, “Jump”, «У ЛИСС’а». Проводя параллель с клубными событиями в Великобритании, где примерно в это же время клубный бизнес был оккупирован бандитами-наркоторговцами, нужно отметить, что и у нас бандитизм нашел себе место для отдыха, а иногда и для наживы. Публика на первых рейвах была богемной. О том, что в каком-то московском клубе крутят передовую музыку, знали только избранные. Но бандиты, которые были рады хорошенько оттянуться, специально для себя любимых и создавали эти клубы, в которых, несмотря на это, выступали сами прогрессивные на тот момент русские ди-джеи.

Если первые клубы, в которых крутили техно, хаус и диско были построены на криминальные деньги бандитских структур, то, начиная с 1993 года, в Москве и Питере стали появляться заведения, которые были возведены благодаря отдельным энтузиастам, заинтересованным в клубной культуре. Так в Москве открылся «Эрмитаж». В роли энтузиастов своего дела здесь выступили Света Виккерс и Дмитрий Петров, которые на собственные деньги построили этот клуб. В период 1993-1994 гг. появились “LSDance”, “Penthouse”, “Palace”, “011”, «Марика» и новая лига ди-джеев: Слон, Володя, Compass-Vrubell, Digger, Fish, Spider. Поскольку в то время большинство ди-джеев играли с CD и кассет, то появление в «Эрмитаже» вертушек Technics было большим достижением. Вместе с профессиональными вертушками в Москву, благодаря ди-джею Володе, проникло и передовое британское интеллектуальное техно, вроде Autechre, Aphex Twin и LFO.

В том же 1994 году Артемием Троицким была устроена грандиозная по количеству звезд мирового масштаба вечеринка — «Бритроника». Кажется, еще никому с тех времен не удавалось заманить в Россию столько выдающихся британских музыкантов одновременно. Такие гиганты, как Aphex Twin, Autechre, Seefeel, Bruce Gilbert, Poul Oakenfold, Banco De Gaia, The Orb, Ultramarine выступали в Москве под аплодисменты всего лишь 150 человек! Полный провал «Бритроники» надолго отбил у английских музыкантов желание выступать в России, а с чем он был связан — до сих пор остается загадкой. Ведь даже на «Гагарин party 2» пришло около 4000 человек, и на нем такие звезды электронной музыки не выступали…

Подробнее…

«Московская рэйв-жизнь, на самом деле, была трансплантирована из Ленинграда. В Питере, в году еще в 86-м, я познакомился с молодыми ребятами, Валерием Алаховым и Игорем Беричевым, группой «Новые композиторы». Вокруг них было еще некоторое количество народа и, фактически, с их легкой руки и началась вся эта веселая жизнь.

«Новые композиторы» первыми стали записывать в нашей стране современную электронную музыку. Или – почти первыми. Пионером в этом смысле был Вова Синий из города Челябинска, который еще в 1983-м уже выпускал смешные альбомы с лупами. Но у Вовы Синего это было сугубо кустарное производство, ну и вообще, он опередил свое время очень сильно. Что же касается «Новых композиторов», то они уже были вполне цивилизованными парнями, работали с более или менее вменяемыми инструментами. У них была своя студия, и они считались концептуалистами, все это было у них связано с научной темой, темой исследования космоса. Но все это было подано в иронично-мистификаторском ключе, полу-курехинского свойства.

Они-то и стали проводить первые в России рэйвы, в питерском «Планетарии». Это началось где-то в 1987-88 годах. Я у них там бывал. Надо сказать, что особой популярностью эти сборища не пользовались, и у них там бывало довольно безлюдно. Я не могу сказать, что они имели в Питере какой-то сильный успех»


…Это была совершенно новая история. В то время наша музыкальная общественность плавала в проруби, ограниченной, с одной стороны, русским роком, а, с другой стороны, попсой. Это было либо «ДДТ», либо Пресняков и «Ласковый май». Электронная музыка была в новинку. Она была равно удалена как от рока, так и от попсы. В музыкальном плане это было ближе к попсе, к тому же «Миражу». Идеологически это было ближе к альтернативному року. Это виделось как совершенно новая история, и история, замешанная в первую очередь на гедонистическом отношении к жизни. То есть рок позиционировался как нечто интеллектуально-социальное, эстрада – как полное чмо, то рэйвы шли как гедонистическо-психоделическая альтернатива року. Психоделическая сторона была очень важна, поскольку с самого начала это было идеологически завязано на экстази.


Эту культуру подхватила богема. Причем, ее самая молодая часть. Это, кстати, была одна из причин, почему я вообще связался с этим движением. По рэйвам очень четко прошел поколенческий водораздел. Их полностью приняла молодая богема, и совершенно не приняли семидесятники. Рэйвы сразу же отсекли людей, которые меня сильно утомили, людей из этой рокерской тусовки. Они это восприняли в штыки, и видели во мне окончательного придурка и предателя. Это-то меня и привлекало, поскольку человеческая декорация сменилась почти полностью, если не считать отдельных, окончательно отъехавших персонажей вроде Светы Виккерс. Остальные слились в прошлую жизнь. Вокруг меня крутились молодые, коротко стриженные и очень странные люди…

«Если говорить о «Бритронике», то она случилась то ли в марте, то ли в апреле 1994 года. Это, конечно, самая удивительная страница моей небедной на события биографии, и не было, пожалуй, мероприятия, которое было таким впечатляющим и триумфальным с точки зрения контента, так и столь же удручающим с точки зрения организации и потери денег.

Почему так случилось, я до сих пор толком понять не могу. Техническим организатором «Бритроники» был некто Саша, фамилию его я позабыл. Боюсь, что это он во многом это дело и завалил.

На фестиваль приехало невероятное количество музыкантов, невероятно могучие личности, представляющие британскую электронную сцену. Такого состава у нас не было с тех пор никогда. Это были Apex Twins, это были The ORB, это был Ultramarine, это был Брюс Гилберт из Wire, Банко де Гайя, это были диджеи, Пол Оакенфолд.

Нас поддерживал Британский Совет, и все расходы визовые и на перелеты взяли на себя британцы. Наша часть была – гонорары, транспорт, питание и размещение в гостиницах.

Все говорили, что не было рекламы, но мне кажется, что ее было достаточно. Информационным партнером была «Европа Плюс», в то время – бесспорно радио номер один. Были и наружная реклама, и информация в прессе. Косвенным доказательством достаточной рекламы было то, что люди на «Бритронику» приехали издалека – из Харькова, Ижевска, Вильнюса и Риги. В итоге, на открытии фестиваля было человек двадцать прибалтов. И все…

Я прекрасно помню эту страшную картину: гигантский, рассчитанный на две тысячи мест зал МДМ, и все люди умещаются на маленьком пятачке перед сценой. Их было где-то человек сто пятьдесят. Это был полный ужас. Наверное, Москва была абсолютно не готова к подобным событиям.

Несколько лучше проходили клубные концерты. Я задействовал практически все существовавшие на тот момент площадки: это был «Эрмитаж», Manhattan Express и «Пилот».

По обилию накладок мероприятие не знало себе равных. У кого-то украли аппаратуру и инструменты. Брюс Гилберт подрался в «Пилоте» с какими-то вышибалами. Меньше всего повезло самому ценному для меня кадру, Ричарду Джеймсу. Он попросту отравился какой-то русской едой и попал в русскую же больницу и отбыл в Лондон на неделю позже всех, и с самыми чудовищными воспоминаниями. Я думаю, что это его сильно вдохновило на последующие мрачные подвиги.

После «Бритроники» я полностью утратил весь азарт и интерес к танцевальной культуре. С одной стороны, мне было понятно, что я никогда больше не привезу такой состав людей. С другой, на меня давил полный финансовый провал этого мероприятия. Могу сказать, что только из собственного кармана выдал на покрытия прорех десять тысяч долларов, сумму по тем временам чудовищную.

С тех пор с танцевальной культурой я завязал».

Подробнее…



Воспоминания очевидцев

Одна из самых продвинутых групп новой электронной музыки со странным названием Autechre, продолжает вызывать ожесточенные споры среди её адептов. …Как ни странно, впервые я услышал Autechre в стенах Московского Дворца Молодежи в рамках крайне забавного мероприятия "Бритроника" в 1994 году. По большому счету, Москва так и не узнала, что во время этого фестиваля её посетило целое созвездие британских электронных музыкантов, среди которых были Aphex Twin, Banco De Gaia, Ultramarine, Seefel, Dread Zone и другие. Hастолько неумело все было организовано. А может, и время ещё не пришло. Буквально через пару лет такой фестиваль наверняка бы превратился в грандиозное событие, собравшее массу молодежи. А тогда он оказался в информационном вакууме, а немногочисленная публика была вынуждена внимать электронному биту, прочно сидя в мягких креслах официозного зала под присмотром бабушек-церберов. Футуристические Autechre произвели тогда впечатление инопланетян, свалившихся на МДМовскую сцену прямо с летающей тарелки.

Подробнее…

Ну, давно это было… память отказывает уже.

Помню что эти музыканты (Aphex Twin, Autechre, Banco Da Gaya, Transglobal Underground, Dread Zone, Loop Guru) не были тогда почти никому известны, и в МДМ пришло на фест очень мало народу.

Афекс умудрился попасть сразу в 2 истории. Во-первых, он нажрался, и его забрали в ментуру за дебош. А во-вторых, он отравился в каком-то общепите, пельменной что ли, и попал в какую-то жуткую больничку, в общую палату, а по слухам даже его положили в коридоре, так как мест не было. Это прошло как-то незаметно для организаторов. В результате, его долго искали. Нашли только через несколько дней, вконец охуевшего. По-моему, на фесте он в результате так и не выступил. А по приезду домой, сказал, что в Россию больше не поедет. Вроде держит свое слово пока.

Подробнее…

Британец Тоби Маркс, более известный как Banco De Gaia — один из тех, кто в середине девяностых вывел электронику из подполья и сделал достоянием масс. Его альбом Last Train To Lhasa в ряду всенародно любимых электронных пластинок — где-то рядом с Music For The Jilted Generation группы The Prodigy или Dead Cities от The Future Sound of London….

В России Banco De Gaia уже стал желанным и нередким гостем — его первый визит в Москву пришелся на весну 1994-го, когда Тоби вышел на сцену фестиваля ‘Бритроника’ вместе с Seefeel, Dreadzone, Autechre и прочими восходящими звездами электронной сцены соединенного королевства. Выступление Банко транслировалось в ночном эфире ‘Программы А’ и телезрителям надолго запомнился сосредоточенный англичанин, ловко управлявшийся с десятком синтезаторов. Сейчас Банко привозит в Москву новый материал — по сравнению с девяностыми, его живое звучание стало более жестким и танцевальным…

Подробнее…

Отчеты о фестивале в зарубежной и советской прессе

Видео интервью с участниками фестиваля

Композитор музыкант Bruce Gilbert.

http://www.youtube.com/watch?v=xorixEBQOCY

Композитор музыкант . Richard D James aka Aphex Twin.

http://www.youtube.com/watch?v=dooCQdg9-NA&feature=channel_page Часть 1.

http://www.youtube.com/watch?v=zZ896COdVG8&feature=channel Часть 2.

Свежая информация, фоты, музыка, последние альбомы главного персонального открытия фестиваля «Бритроника» — группы DreadZone.


Март 2009


Теги: , , , , , , 10 925 просмотров

Добавить комментарий