Часть 11. Запись вокала (окончание)

Вы записали вокал и теперь его надо обработать так, чтобы он как нож в масло вошел в аранжировку. Я лично первым делом обрабатываю файл в SoundForge и делаю это тщательно, не жалея времени. Первым делом удаляю шумы…

…Вы записали вокал и теперь его надо обработать так, чтобы он как нож в масло вошел в аранжировку.

Я лично первым делом обрабатываю файл в SoundForge и делаю это тщательно, не жалея времени. Первым делом удаляю шумы (Waves X-Noise), если они есть, но аккуратно, так, чтобы не повредить звук файла и чтобы плагин не «съел» начала фраз.

 

Перекур. Справа от меня — Слава Шмагин. Фото 1977 года.

Потом заглушаю большие паузы между паузами или словами. Сейчас модно для придания эмоциональности оставлять в фонограмме звук вдоха. Но не всегда это звучит красиво т.к. воздух забирается в паузах не только ртом, но и носом. Так что с этим приемом стоит обходиться аккуратно и применять его только в том случае, если вы уверенны, что он украсит звучание.

Тонкий момент — окончания фраз. Он не всегда бывает однозначным, иногда звук как бы еще тянется, хотя фраза вроде бы закончилась. Надо помнить, что впереди — компрессия, которая усилит этот хвостик, и будет ли от этого лучше — вопрос. Я лично иногда применяю в конце фразы аккуратный фэйд: и волки (голос) сыты, и овцы (эмоция) целы.

Далеко не всегда исполнитель совершенно одинаково пропевает согласные С, З, Ш, ТС, Ч, Щ. В таких случаях я или прибираю громкость на данном конкретном участке или использую де-эссер, но — только строго по поводу именно этой согласной: обработка всего файла таким плагином сделает его тусклым, попутно убирая осветляющие звук высокие частоты.

Иногда приходится и согласные П и Б обрабатывать эквалайзером, удаляя низы чтобы устранить бубнение.

Вообще, чем тщательнее заранее обработан голосовой файл, тем легче им будет манипулировать в миксе.

Например, начинается песня в относительно низком регистре, но потом, в результате развития темы, голос идет вверх и меняется его частотная характеристика. Чтобы устранить эту разницу я обычно делаю специальный микс для корректировки.

В один канал загружаю сопровождение, в остальные — те отрезки голосового файла, которые заметно тембрально отличаются друг от друга. Подвешиваю на эти каналы эквалайзеры и с их помощью корректирую разницу до приемливого уровня.

Бывает, что во время исполнения солист в наиболее экспрессивных местах отходит от микрофона дабы его не перегрузить. Если у вас комната обычная, то в сигнале может появиться реверберация помещения, что не всегда желательно. Устранить технически этот дефект невозможно. Но можно аккуратно обработать остальные части файла «комнатным» ревером и таким образом устранить разницу в звучании.

Теперь о самом сложном и самом главном, о компрессии.

 

Винтажная схема ревера, выловленная в сети.

Если вы уже разрезали файл для частотной коррекции фрагментов, то точно также надо делать и компрессию. Объясню почему.

Если исполнитель поет не очень громка, то разница в пиках может быть очень существенной уже хотя бы из-за того, что разные гласные и согласные имеют — по определению — и разную громкость. Особенно это заметно у тех, кто владеет голосом не очень профессионально. Поэтому степень сжатия (ratio) на таких участках должна быть достаточно большой — 3-3,5 единицы. Когда же голос форсирован и находится в высоком регистре, то происходит как бы естественная компрессия и поэтому степень сжатия можно уменьшить.

Время атаки, т.е. момент начала работы компрессора, обычно находится в интервале 15-30 м/с. А вот время реализации зависит от манеры исполнения: чем длиннее ноты, тем оно дольше и наоборот.

Непременное условие для хорошей компрессии — делать это надо исключительно на фоне инструментального сопровождении: только таким образом можно добиться необходимого баланса между естественностью звука и его «читаемостью» в миксе. Никогда не стоит забывать, что компрессор меняет эмоциональную и частотную тесситуру голоса, причем значительно. Переизбытком можно убить чувственность исполнения, и поэтому нет ничего зазорного в том, что уже в миксе вы будете вручную корректировать отдельные, иногда мельчайшие, фрагменты уже скомпрессированного голосового файла: цель — хорошо звучащий голос, главный музыкальный инструмент любой песни — оправдывает потраченное время.

Немного о плохой дикции. Нынче всем хочется петь, прямо сейчас и сразу. Но все бурлит, сливается и превращается в словесную кашу. А клиент платит…

Многое можно исправить вручную, например, удлиняя гласные, увеличивая громкость согласных или меня их частотную характеристику до отчетливой. Помогают также микропаузы перед неотчетливыми согласными.

Компрессор в этом случае может помочь, если расстояние между временем атаки и релизом будет небольшим, например 15 м/с — 30м/с. В этом случае компрессор обрабатывает все попадающиеся ему «вершки и корешки» более тщательно. Но вот уровень сжатия надо подбирать индивидуально. Обычно он находится где-то в районе 2-х единиц.

Отдельный абзац стоит посвятить реверберации…

…В 1977 году я только что второй раз женился, и мы решили как-то отделиться от родителей, которые были не в восторге от нашего брака, сняв в частном доме комнату размером 5 кв.м., где смогли разместить только кровать, стул и тумбочку. В этом же доме комнату снимали наши друзья, семейство Шмагиных: муж Слава (художник), жена Лариса (музыкальный педагог) и их дочка Тоня лет 2-3-х. Хозяин, школьный учитель труда, жил там же. По вечерам мы оккупировали большую кухню, общались, ужинали, а хозяин иногда позволял нам посмотреть по телевизору новости: своих «ящиков» в силу бедности мы не имели. Но у Славика был магнитофон и пленки с разной музыкой, и он любил на досуге посидеть напротив его динамика.

В середине 70-х годов в СССР началось массовое увлечение уфологией. Оно не особенно приветствовалось властью, так как «отвлекало» советских людей, особенно интеллигенцию, от «выполнения решений Пленумов и съездов ЦК КПСС». Как всегда, когда народ вдруг начинал увиливать от «линии партии», в газетах появились разоблачительные статьи о том, как американцев зомбируют всякой псевдонаучной ерундой, показывают по ТВ «летающие тарелки» и фото «зеленых человечков». Но народ упорно отклонялся и с восторгом посещал полуподпольные собрания страждущих общения с внеземным разумом, где доморощенные «лекторы» показывали мутные фотографии светящихся точек в небе над Крижоплем и цитировали со словарем переведенные статьи из западных газет.

Меня эта фобия никак не занимала так как уже несколько лет была своя: советский рок-н-ролл («советский» сейчас звучит дико, но так было).

А вот Слава часто ездил на эти, почти масонские, собрания посвященных. Однажды вечером, когда наших жен не было, он позвал меня к себе и заявил, что у него есть материальные доказательства существования жизни за пределами земли и того, что пришельцы недавно посещали нашу планету: одному хомо сапиенс каким-то образом удалось записать их разговор, и я зык зеленых человечков даже немного похож на наш, хотя совершенно непонятен. Слава под страшным секретом скопировал эту запись у «лектора» и привез её в Дубну дабы просветить нас, темных.

С этими словами мой сосед выключил свет, зажег свечку, погрузился в кресло и многозначительно, с паузой, нажал на кнопку «пуск». Из магнитофона понеслись какие-то нечленораздельные звуки, обрывки согласных и гласных, которые были несколько длиннее тех, что свойственны человеческой речи. Минуты через три я понял, что фонетически это ближе всего именно к русской речи; еще через три — что в звуке присутствует какая-то музыкальная компонента, какие-то обрывки гитар и барабанов. А ещё через три я понял, что это вообще такое: мы слушали пленку, позаимствованную с ревербератора какой-то советской рок-группы! Мне, как музыканту, этот звук был хорошо знаком уже лет 5.

Меня разбирал дикий смех, но сразу сказать Славе о своем открытии я не смог: он пребывал в трансе и, видимо, мысленно уже общался с представителями внеземной цивилизации. Но и слушать до конца часовую пленку с абракадаброй мне не хотелось, и, сославшись на какие-то неотложные дела, я вежливо смылся.

Через пару дней я все же попытался втолковать Славе, что он там слушает при свечах, но мои разоблачения не возымели действия.



Древний ленточный ревербератор.
…Впоследствии Слава стал известным художником-авангардистом, выставлялся на Малой Грузинской и успешно продавал свои работы на Запад.


А теперь попробую рассказать, о том, откуда растут ноги у этого романтического самообмана.

В начале 70-х годов прошлого века первые ревербераторы стали активно внедряться на самодеятельной сцене. Кому-то везло, и он добывал заводскую «Теслу». Кто-то выдирал пружинный ревербератор из комбиков «Регент» и приспосабливал их для голосовой аппаратуры. Но большинство музыкантов изготавливали их самостоятельно из бытовых магнитофонов: на рычаг ставились 2 дополнительных головки, работающие на воспроизведение, сигнал подавался на записывающую головку, тут же воспроизводился и вновь подавался на записывающую и опять воспроизводился. Таким образом получалось многократное повторение, т.е. это был примитивный дилэй. Скорость повторений регулировалась тем, насколько далеко на рычаге в каждом конкретном случае отстояли воспроизводящие головки от записывающей. Иногда это процесс регулировался скоростью движения ленты за счет изменения частоты вращения электропривода. Обычно получающееся эхо никак частотно не обрабатывалось и было почти точной копией основного сигнала. Более того, многие ограничивались однократным повторением, которое делалось чуть тише и подавалось в усилитель. В те времена уже одно это было заметной добавкой к довольно примитивному звучанию тогдашних групп.

В заводских ленточных ревербераторах пленка была закольцована роликами. В самодельных же просто ставилась целая бабина на 25-30 минут, а когда она заканчивалась, ставилась вновь: делать сложную систему роликов для петли мало кому хотелось.

Именно такая пленка и оказалась в руках Славы Шмагина…

…Возвращаюсь к нашим баранам, т.е., к реверберации. Процесс установки ревера на голос — штука тонкая и очень индивидуальная. Не очень давно мне нравилось, чтобы голос летал в пространстве, был эдаким неземным трубным зовом, и поэтому я очень часто применял реверберацию типа «кафедральный собор». Но потом отказался от этого т.к. пришел к мысли, что в русском роке лучше быть рассказчиком, нежели мессией. Прежде всего я подбираю короткий однократный дилэй с задержкой 100-120 м/с и подмесом в 15-20% к основному сигналу. Это делается для того, чтобы разместить голос как бы на небольшом расстоянии от слушателя, чуть-чуть его отдалить. Потом подбираю подходящий плагин и ищу в нем собственно реверберацию, которая меня устроит. Чаще всего она соответствует или комнате или небольшому, например, клубному, пространству. Главное чтобы голос выглядел естественно и в то же время не садился слушателю на уши когда все остальные инструменты — ведь делать все надо в готовом миксе — находятся на расстоянии из-за уже повешенных на них ревербераторов. В любом плагине есть функция прослушивания только самого реверберационного сигнала, без основного. Его обязательно надо слушать — и отдельно, и в миксе: так вы сможете его правильно отрегулировать и по длительности, и по диффузии, и по объему «помещения», и по частотной компоненте. Помните, что практически все виртуальные ревербераторы — стереофонические, и, соответственно, «хвост» ложится на то, что вы уже разместили в обоих каналах. Умысел должен состоять в том, чтобы этот хвост прослушивался на фоне инструментов. Как только вы этого добьётесь, останется только разумно смешать основной сигнал и «хвост» для того, чтобы получить ясный и убедительный звук. И не стоит забывать, что никогда хвост не повторяет в точности частотный спектр голоса, всегда наоборот: если «небо» или «космос», то в нем больше высоких, если «комната», «концертный зал», «клуб», «стадион» — средних и низких.

Прежде всего, все современные реверберационные плагины эмулируют естественное эхо — комнату, собор, вокзал, пещеру, трубу и т.д. — и только потом то, что можно наворотить с помощью электроники. Это тоже надо помнить при выборе эха.

Есть еще такая фишка, как дилэй. Бывало, что я использовал их сразу два: одну его необходимость я уже описал, а вторая возникает обычно, когда надо придать воздушности голосу, забросит в горы, где есть многократно повторяющееся эхо. Тут уже дело вкуса, сколько делать повторов, какова их длительность, амплитуда затухания и т.д. Но и здесь существует правило тембрального отличия основного сигнала от его повторения.

С реверберацией тесно связан и стереофонический эффект.

В профессиональных студиях голос подчас пишут стереомикрофоном, но сымитировать в домашних условиях этот процесс практически невозможно, да и не нужно: легче потом использовать хороший плагин для придания объема и пространства. Я пользуюсь PSP_Pseudostereo и очень им доволен: иногда он помогает придать голосу объем, естественность звучания. Но тут есть одна тонкость, которую я не сразу заметил. Оказывается, как только вешаешь этот плагин на вокальные трек, голос звучит менее эмоционально, куда-то исчезают обертона, придающие ему теплоту и естественность. Поразмышляв, я пришел к выводу, что дело в принципе, по которому работает это устройство: разделить сигнал по частотам, понизать (повысить) тонально получившиеся файлы и дать им разную задержку. Естественно, как, скажем, в работе флэнджера, часть частот «съедается» на пути к слушателю. Так что осторожно с этим эффектом: эмоцию голоса надо беречь и холить до последнего.

Еще один важный фактор – разумное сопряжение всех ревербераторов, работающих в миксе. Идеальный вариант – когда все инструменты обработаны приблизительно одинаково (приблизительно – ради того, чтобы расположить их в пространстве в виде виртуального ансамбля), а голос чуть-чуть подчеркнуто воздушнее. Такой подход не обязателен, есть масса причин (выразительность, оригинальность, смысл повествования и т.д.) ради которых стоит поступиться общепринятыми. Но на то они и общепринятые.

Еще несколько замечаний по этой теме, точнее, методов обработки вокальных файлов, до которых я додумался в процессе ночных бдений у компьютера.

Например, иногда, когда аранжировка очень насыщена, а в неё надо воткнуть ещё и бэк-вокал на заднем плане, я поступал очень просто. В эквалайзере TS Graphic EQ (и не только в нём) есть фильтр AM Radio, задирающий серединку и беспощадно обрезающий низы и верха. При его включении голоса звучат довольно отчетливо, хотя и жестковато. Легкая корректировка плюс тщательно подобранная реверберация, обычно из разряда «комнатных», позволяют без особых потерь ввинтить бэк-вокал в нужное время и в нужном месте.

Важный момент – расстановка вокальных треков в стереобазе. Чаще всего, если это многоголосье, я немного развожу голоса ради того, чтобы индивидуализировать голоса всех вокалистов т.к. у каждого – своя краска, свой тембр. Но если мне нужен плотный аккорд, то все выстраиваются строго по центру или очень близко к нему.

Еще одна фишка – это когда второй голос на фоне основного работает в режиме «стерео» при помощи PSP_Pseudostereo. Бывает, что в этом случае появляется симпатичный объём, украшающий звучание, а то, что второй голос немного «размылся», незаметно.



1978 год. Оператор "Жар-птицы" Саша


Немудров готовит аппарат к танцевальному


вечеру. На переднем плане


— ламповый Regent 60 и ревер Beag.

Особый случай – использование хора. Мне приходилось записывать такого рода вокальные партии, причем в качестве исполнителей иногда выступали моя жена и младшая дочка (они обе имеют музыкальное образование, а дочь – лауреат фестивалей как солистка хора). Дело доходило до 8-12 партий, а их последующая обработка отнимала значительное время.


Действовал я следующим образом. Создавал микс оркестровки, немного его компрессировал для большей яркости и уже на его фоне расставлял голоса по тембрам и панораме. Потом делал их них отдельный микс и уже им в дальнейшем оперировал. Обычно реверберацию ставил ту же, что и у оркестра (медная, духовая группы). В реальной жизни так оно и есть: оркестр и хор сливаются в один звуковой поток.

В заключении хотел бы сказать следующее. В записи и обработке вокала существуют определенные правила, и если вы им следуете, то идете по хорошо накатанной и широкой дороге, созданной поколениями звукорежиссеров, инженеров и саунд-продюсеров. Но эти правила, с другой стороны, постоянно пополняются и обновляются. Никогда не забуду, какое шокирующее впечатление на меня произвела вокальная партия на 1-м альбоме King Crimson в конце 60-х: там солист в одной их композиций пел через бустер! И ничего…

А как звучит голос у музыканта по имени Beck; а как Beatles ускоряли скорость пленки для того, что бы голос Леннона звучал по иному; а как на альбоме «Спасибо» оригинально записан, обработан и вставлен в микс голос Земфиры…

Так что, если у вас есть голова на плечах, желание, время и 4- «пенёк», не исключено, что вы сможете внести в эти правила свои дополнения.

О том же, что было в дальнейшем с первым альбомом «Жар-птицы», я расскажу в следующей главе, которая будет посвящена записи нетрадиционных для рок-группы инструментов.


Теги: 1 890 просмотров

Добавить комментарий